«Я входил в Мосэстраду как в дом родной, а теперь иду туда как на Голгофу» (с)
Из сетевых комментариев к случаю, описанному ниже.
На минувшей неделе Москву всколыхнула занимательная и вместе драматичная краеведческая и градозащитная история. 13 октября при «благоустройстве» Берсеневской набережной были сняты гранитные ступени лестницы Театра эстрады, бывшего клуба Дома правительства (знаменитого «Дома на набережной»). На нескольких камнях активист Архнадзора Екатерина Елохова и читательница нашего ФБ-сообщества Инга Широкова-Сошина обнаружили надгробные надписи.
Сами рабочие никому не сообщали об этом, имея указание укрепить основания ступеней и уложить их обратно. Однако активисты сигнализировали о находке в Департамент культурного наследия, специалисты которого выехали на место. После первых комментариев представителя Департамента о том, что камни «не представляют археологической ценности«, последовал релиз того же ведомства, признающий в нескольких камнях фрагменты утерянного постамента надмогильного памятника полковника Петра Афанасьевича Бекетова и его второй супруги Ирины Ивановны (в девичестве Мясниковой).
Эта атрибуция также была сделана в сетевом сообществе Архнадзора и принадлежит Лилии Ющенко.
Петр Афанасьевич Бекетов — владелец подмосковной усадьбы Зюзино и соседних с ней мест, вошедших в 1960 году в черту Москвы; отец известного историка, коллекционера и издателя Платона Бекетова (1761-1836). Годы его жизни в источниках указываются двояко: 1722-1785 либо 1734-1796. Так вот, на другом фрагменте камня, найденного у Театра эстрады, читаются именно вторые даты.
Надмогильный памятник Бекетова-старшего и его супруги был создан после смерти Ирины Ивановны, последовавшей в 1823 году. Автор памятника — знаменитый московский скульптор, впоследствии академик и профессор Императорской Академии художеств Джованни (Иван Петрович) Витали.
Могила Бекетовых находилась на кладбище Новоспасского монастыря. Решением Моссовета в сентябре 1927 года кладбище было уничтожено. Надгробные памятники продавали на строительный материал. Тогда же скульптурную часть памятника с могилы Бекетовых, с аллегорическими фигурами Веры и Надежды, перенесли в Музей архитектуры, а именно в бывшую церковь Архангела Михаила Донского монастыря, о чем напомнил краевед Михаил Ильин. Скульптура и сейчас принадлежит музею; в музей же, по информации релиза Мосгорнаследия, будут отправлены найденные фрагменты постамента.
Ещё одна распиленная плита сохранила часть надписи, которую москвовед, координатор Архнадзора Александр Фролов расшифровал так:
…амнем…
…ской 1й г…
..н(?)ы Евдоки…
…ршиной…
…ода А…
…су по полу…
…ея было…
…ъ и 23 д…
Речь, вероятно, идет о жене купца 1-й гильдии, фамилия которого оканчивается на (…)ршин.
Решить эту задачу можно, учитывая относительную редкость такого окончания фамилии в купеческой среде. Так, в списке первогильдийных купцов на 1897 год находим (проверьте нас) только ковровских братьев Першиных и их родственников, имеющих дела в самом Коврове, в Ярославле, Рыбинске, а также в Бирске Уфимской губернии.
По предположению москвоведа, координатора Архнадзора Рустама Рахматуллина, речь в этом случае может идти о Евдокии Стефановне, жене ковровского 1-й гильдии купца Александра Андреевича Першина. Семья принадлежала к старообрядцам, что сужает поле поиска разоренного кладбища и одновременно расширяет его за пределы Москвы. В самом Коврове старообрядческий участок городского кладбища был снесен.
В знаменитой книге «Московский некрополь» великого князя Николая Михайловича могилы Першиных не значатся (том с литерой «П» датируется 1908 годом).
Изыскания продолжаются.